Псаломщик, святой мирянин-мученик Михаил Петрович Ерогодский

просмотров: 1289

Псаломщик, святой мирянин-мученик Михаил Петрович ЕрогодскийВ этот день мы молимся тем, кто пострадал за веру. Среди них есть и мой дедушка...

Родился мой дедушка, Михаил Петрович Ерогодский, в 1878 году в Важгорте – это в Коми крае, недалеко от границы с архангельской землей. Был он сыном местного псаломщика и, когда тот заболел, исправлял его обязанности (с 1902 года по 1914-й). Потом воевал с германцем, в Важгорт вернулся уже после 17-го года. И стал снова служить в церкви.

Семья у моего дедушки была большая, шестеро детей. Жена его, Анна Артемьевна, была также крестьянского звания. Церковного жалования не хватало, и Михаил Петрович вместе со старшими сыновьями раскорчовывал лес и возделывал пашню. Хотя дедушка был крестьянином, в его доме имелась большая библиотека. Еще он, единственный из односельчан, имел домино, в свободное время принимал у себя друзей и играл с ними в эту игру. В селе его уважали, многие обращались с просьбами написать то прошение, то заявление. Служа псаломщиком, Михаил Петрович имел очень красивый голос и любил петь песни, а также приобщал к этому важгортских ребятишек. Собирал их у себя и учил петь церковные песни.

Однажды он из леса принес для своей дочери Елизаветы, которую очень любил, букетик полевых цветов и сказал: «Это тебе подарок из леса – цветы маргаритки». Потом дочка будет искать эти цветы всю жизнь на лугах, полях, в лесу, но они исчезнут – как исчез ее отец в страшном 1937 году. (Маргаритки действительно исчезли в том районе, это подтвердили нам и другие важгортцы – ред.)

Начались гонения на церковь. В колхоз семью Михаила Петровича не приняли и обложили непомерными налогами. Постепенно отобрали корову, лошадь, скарб. Отобрали возделанную им пашню, взамен дав участок непригодной земли. Старшим детям пришлось покинуть родные места, уехать подальше и навсегда. Брат дедушки, Георгий Петрович, тоже служащий церкви, очень сильно упрашивал уехать вместе всей семьей. Но Михаил Петрович ответил, что не оставит родные места и могилы родителей. Они остались в Важгорте вчетвером: Михаил Петрович с женой и двумя малолетними дочками, без хозяйства, без имущества, без дома. В своем же доме им выделили две комнаты.

Местные власти запретили всякие службы в церкви, и Михаил Петрович в церковные праздники собирал односельчан у себя. Дочерей его после этого вызывали к директору школы и спрашивали, кто к ним приходил и что они делали. На что дети всегда отвечали, что они спали на печке и ничего не слышали.

Когда начали разрушать в Важгорте церковь, дедушка был на поле, заготавливал сено. К нему на участок прибежали односельчане и сообщили о происходящем. Когда он прибежал, то колокол уже валялся на земле, начали сдирать доски. Михаил Петрович уговаривал, умолял, чтоб здание не разрушали, что оно может послужить людям. И он отстоял здание. Но около церкви разожгли большой костер, куда бросали иконы, книги. Некоторые девушки выхватывали из огня иконы и убегали с ними домой. Богоборцы не погнушались вытащить чугунную плиту с могилы отца Михаила Петровича и вместе с колоколом отправили на переплавку. На могиле стоял большой железный крест, который дедушка успел спрятать.

10 августа 1937 года Ерогодский был на сенокосе за 17 верст от села. За ним послали нарочного и вызвали в сельсовет. Оттуда он не вернулся. А ночью, когда дети были одни дома, пришли с обыском. Забрали остатки имущества, все книги и семейные фотографии. Утром с поля приехала жена и, узнав, что мужа забрали, долго плакала, причитая, что вот, мол, с войны он вернулся живой, а теперь пропадет, и больше его не увидят.

Михаила Петровича и еще несколько человек посадили в телегу чтобы везти в Сыктывкар на допрос. Люди молча стояли и плакали, тайком совали им в руки кто хлеба, кто денег. Жена, дети его никогда больше не видели, ни одного письма от него не получали, ничего о нем не слышали.

Хотя осталась одна больная жена с двумя малыми дочками, никаких налогов с них не сняли, даже оставили «мясной» налог. В семье начался настоящий голод. Одежда так износилась, что невозможно было ее штопать. Если сердобольные односельчане приносили им какую-нибудь утварь, на другой же день приходил представитель сельсовета и отбирал. Чтобы Анну Артемьевну не посадили за неуплату налогов, старший сын Вячеслав отправлял из Ленинграда деньги. Девочки просили маму купить хоть немножко хлеба, но все деньги уходили на налоги.

С Отечественной войны, раненный, вернулся младший сын Владимир, хотел жить в родном селе. Но его не брали ни на какую работу как «врага народа». Пришлось фронтовику уехать. Забрал он с собой младшую сестру Евгению. Уговаривал уехать и Елизавету (любимую отцову дочь), но она категорически отказалась. Она все ждала отца или весточку от него. И, как рассказывают, все ходила смотреть на дорогу, по которой увезли отца.

В конце войны умерла жена Михаила Петровича. На ее могиле Елизавета поставила спасенный отцом крест. Через некоторое время крест исчез. Потом она его нашла, он был наполовину кем-то распилен.

Прошло около тридцати лет. У Елизаветы была уже своя семья. Однажды к ней зашел мужчина и рассказал, что ее отца, Михаила Петровича, почти сразу же расстреляли, как привезли в Сыктывкар. Сейчас уже точно по документам известно – он принял смерть 30 августа 1937 года. Пострадал за то, что не изменил себе, своей вере, не отвернулся от Бога.

После реабилитации отца в 1991 году Елизавета нашла в лесу «исчезнувшие» цветы – маргаритки. Те самые, что когда-то в счастливые годы принес ей из леса отец и которые она искала 60 лет.

Спасенное дедушкой здание церкви до сих пор цело. На раскорчеванной им пашне стоит участковая больница. Бабушки в Важгорте, передавая из поколения в поколение, поют церковные песни, псалмы, которым когда-то учил детишек псаломщик Михаил.

Интересно, что та дорога, по которой увезли мучеников, не зарастает ивой, хотя вокруг все давно заросло. Деревья сверху сомкнулись, как бы образуя туннель. Дочь Михаила Петровича всю жизнь смотрела на эту дорогу, и перед ее глазами возникала одна и та же картина, как под скрип колес и плач односельчан увозят ее отца навсегда.

Не дожила Елизавета до того счастливого дня, когда ее отец вернулся из небытия, и его звезда воссияла на небе. Год назад, 10 февраля, в Стефановском соборе г.Сыктывкара совершилось прославление Михаила Петровича Ерогодского в лике святых.

Теперь крестьянин, псаломщик, святой мирянин-мученик Михаил молится о нас.