Обьячевский священник (А.Малыхина)

просмотров: 686

добавить фото к этой публикации“Обьячево - центр Прилузья”, - под таким названием в 1978 году вышла книга, посвященная 500-летию старинного коми села. Перелистывая ее страницы, я старалась найти имена тех людей, которые на протяжении этих веков были духовными отцами для жителей села: крестили, венчали, отпевали, исповедывали... Но увы, даже упоминаний о них я не нашла в этой книге. А ведь это они - священники, открывали первые школы при церквях, были первыми наставниками и учителями, а нередко и лекарями, заботливыми пастырями. Церковь (или часовня) в Объячево существовала с самого основания погоста, вернее городка Обьячеи, как его называли в начале ХVII века. Позже, в 1808 году, построили церковь же каменную, - на средства прихожан и при их участии. Престолов в ней было три: во имя Святителя Николая Чудотворца, Рождества Христова и Святого Пророка Божия Илии. Более ста лет служила эта церковь своим прихожанам. Клировые ведомости сохранили имена священнослужителей с конца 18 века: среди них были Багины, Сапожниковы, Спасские, Поповы... Об одном их последних священников этой церкви я и хочу рассказать в этой статье.

По тем же клировым ведомостям я узнала, кто были его предки. Попов Александр Дмитриевич родился в 1883 году в с.Объячево, его отец с 1869 года служил диаконом в селе. Димитрий Попов родился в 1846 году в селе Грива, имел 12 человек детей. Отец Дмитрия Попова - Иоанн Попов родился в с.Иб 1819 году, служил дьячком в с.Грива с 1837 года, имел 8 человек детей. Отец Иоанна Попова - Петр Попов родился в 1788г. в с.Иб и служил диаконом там же, имел 5 детей. Отец Петра Попова - Симеон Попов так же родился в с.Иб (1764-1805) и служил священником, имел 6 детей, священником же в с.Иб был и его отец - Никита Попов. Вот так из поколения в поколение служили при церквях отцы, деды и прадеды Александра Попова и со стороны отца и со стороны матери, урожденной Завариной. Отец Ираиды Константиновны служил в Койгородке, а дед Иван Заварин в Палаузе, более дальние предки служили священниками в Устюгском уезде. Сам Александр Попов, еще учась в Вологодской духовной семинарии, познакомился с Ларисой Михайловной Куратовой, родители которой были из села Кибры, но переехали на жительство в Вологду. Молодые вскоре поженились...

Вот что рассказала мне дочь о.Александра Зоя Александровна Урбицкая, ныне проживающая в г. Сыктывкаре.

- Незадолго до революции отец с матерью переехали в Объячево, отец стал служить вторым священником в церкви. Первым был Василий Дмитриевич Спасский, сын дьячка из с. Кибры. Поселились они в доме деда недалеко от церкви. Дом до сих пор стоит там. Хорошо жили, отец никакой работы не чуждался, имел свое хозяйство, сам писал иконы, изготавливал мебель, складывал печи. Эти его навыки потом очень пригодились. Многие старожилы близлежащих деревень до сих пор помнят о нем. Если случается встретиться с ними, каждый раз добрым словом поминают о нем. Рассказывают, что не раз поддерживал их в трудное время, а то и выручал их из трудного положения. А сложенные его руками печи и до сих пор греют потомков тех, для которых он их складывал. Мебель изготовленная его руками прочная и добротная до сих пор служит людям. Детей у моего отца было 16 человек, я из них младшая. Мне почти не довелось пожить при нем. В 1931 году отца арестовали, а наш дом отобрали. Скитались мы с матерью и маленькими братьями и сестрами с квартиры на квартиру, никто не хотел держать поповскую семью. Мать от нужды и голода умерла в 1941 году. Детей судьба раскидала в разные стороны, многие из них умерли в раннем возрасте, а у оставшихся в живых у всех была трудная жизнь. Тяжело вспоминать обо всем этом. Отец отбывал наказание на Беломорканале. За хорошую работу его даже наградили орденом Ленина, вручал этот орден сам Калинин в Кремле. После отбытия наказания (отпустили его в 1936 году) отец приехал на родину, но нужда заставила его искать заработки на стороне, уехал в Сыктывкар в надежде найти работу и взять к себе семью. Не довелось. Я приехала к нему и только одну ночь и видела его, в ту же ночь пришли за ним и снова арестовали, после этого отец уже не возвращался. Мы очень долго не знали, где он и что с ним, только в 1989 году пришла справка о его реабилитации. А дом, который отобрали в 1931 году, до сих пор нам не вернули. А ведь в Объячево похоронены мои дед и бабушка, мать моя там же...

Только место захоронения отца никто не может назвать. Память о нем жива в моем сердце, и прощальный взгляд его, полный боли за меня...

А вот воспоминания об о.Александре краеведа Попова Леонида Мироновича: “Зашел к нам бородатый мужчина. У порога шапку снял, трижды перекрестился, поклонился иконам, что находились в углу. Божницу нашу украшали многие иконы и среди них большая фотография Ульяновского монастыря. Бабушка моя Василиса сидела на печке, она узнала в вошедшем Александра Дмитриевича Попова, Объячевского попа. Шесть лет назад уже сельский совет закрыл церковь и службы в Объячево прекратились.

- Пришел попрощаться, Василиса Илларионовна, меня завтра или сегодня арестуют. Велели составить описи на конфискуемое имущество и принести завтра к 10 часам утра к церковной ограде и там оставить. Вот составил и оставил, как велели.

- Буду, буду Богу молиться, пусть тебя Бог хранит, останешься в живых, ничего крестьянам плохого ты не делал, - сказала в ответ бабушка Василиса.

Назавтра на перекрестке дорог в д.Кулигу шел торг. Какой-то русский человек руководил торгом. Человек 50 пришли на торг, кто покупать, кто просто поглазеть. Среди толпы слышны голоса: “Почему-то швейной машинки нет, самовар есть”. Распродажа велась как на аукционе, поднимались цены на каждую вещь, так распродали вещи о.Александра. Дома остались жена, слепой сын Коля, 1928 года рождения, и дочь Зоя. После ареста о.Александра я зашел в дом: одни пустые стены, самодельный стол и вдоль стен две скамейки...

Стали ломать, разбирать церковь. В первую очередь районное начальство распорядилось кресты снять. Но кто туда на 25-метровую высоту заберется, ведь купол круглый. Пообещали заплатить смельчаку большие деньги. Обратились к Дмитрию Парамоновичу Шулепову: “Ты умный, смелый мужик, - сказали ему, - заплатим хорошо, давай сними кресты с церкви, ты и звонарем был многие годы в церкви, кому как не тебе осмелиться забраться. “Дмитрий Парамонович в ответ: “Я лучше всех звонил, всегда меня хвалили, а кресты ломать с церкви я не берусь, отказываюсь руками и ногами, и больших денег не надо”.

Пришли просить Николая Павловича Попова. “Ты, Павлович, церковь красил, украшал, много раз на крышу залезал, мы пришли к тебе, заплатим не мало, нужно с церкви снять все кресты - вытащить”.

- Церковь я кругом красил и с нутри и с наружи. И краску сам делал, и столярные работы внутри церкви все выполнены моими руками. Красоту церкви я своими руками делал, а разрушать, поганить эту красоту я не буду, не надо мне никаких денег.

После революции в Объячево разнородный люд приехал, и говорили на разных языках, кто приезжает, кто уезжает. Среди них были любители выпить, крепкие из себя мужики. Один из них согласился забраться на церковь и спустить кресты. Был теплый летний день. Объячевских православных людей собралось так много: от школы до Багинской избы народ заполнил всю улицу. Стар и млад. В сером костюме мужчина не дает посреди улицы стоять. Русский пьянник залез на купол церкви с северной стороны... Многие упали на коленки и стали молиться Богу. Пусть Бог сохранит, не даст разобрать - сломать церковь. Стряхивая набежавшие слезы, они просили Бога наказать сатану. А тот мужик, что на купол забрался, стал зубилом разбивать: ударит в зубило, так куски кирпича отскакивают. Сатана завязал конец веревки к кресту, а другой конец внизу на земле, около десяти в хороших костюмах мужчин подхватили и как бурлаки по команде стали дергать. Верующие всех деревень близлежащих увидели, что шпана забралась на церковь и разбивает ее. При строительстве церкви все крестьяне свой пай вложили: кирпич сами делали, донесли его до места, работали, помогали каменщикам, кирпич поднимали по трапу, глину привозили на телегах, раствор ночами месили. Сколько ведер с глиной было поднято на самый верх. 120 лет стояла церковь и вот ее разрушают. Маленькая группа пришла к власти и тех, кто строил церковь, теперь не спрашивают, иконы повыбрасывали, кресты с церкви посрывали, железный забор разобрали, сделали деревянный. Бог услышал верующих - старых людей.

Много денег дали тому человеку, который порушил церковь, кресты снял. Пил он вино три дня кряду и умер. Крестьянские проклятия и хула на него подействовали. Похоронили его у края кладбища, у самой дороги, что ведет на среднюю мельницу. Что перед Богом заслужил, то Бог и дал, сказали на это православные крестьяне.

Прилузский райсполком в Объячевской церкви открыл крестьянский народный театр. На втором этаже церкви с северной стороны, после снятия купола, подняли бревна и второй этаж сделали деревянным. Вид и его былая красота очень изменились, он стал похож на пугало. У райотдела культуры не было средств, чтобы стало здание церкви по-прежнему красивым. По бокам построили пристройки: столярку, курилку, туалет и кассу. Печи не смели разобрать, хоть тепла не было в фойе. На сцене сделали две печи, чтоб артистам было тепло.

Началась война. Театр закрыли. В 1943-м снова открыли. После войны театр стал хозрасчетным, госбюджет не стал помогать: “Сами заработайте и на этом живите”. Директор Игорь Суханов очень бы старался заработать деньги своими силами, но у крестьян своих денег нет, артистов должны зрители кормить, а им самим есть нечего. Профессиональный театр снова закрыли...

Еще несколько слов об о.Александре. Сведения о последних днях его жизни, остались только в его Деле, хранящемся в архиве ФСК. “По происхождению из духовенства, священник, грамотный, со средним образованием, по национальности коми. Привлекался за контрреволюционную деятельность в 1923 году. В 1931 году судим по статье 58.10 тройкой, был приговорен на 5 лет концлагеря, наказание отбыл в Беломор-Балтлаге НКВД. Попов является руководителем к-р кулацкой группировки. Ведет к-р агитацию, высказывая к-р террористические настроения по адресу членов правительства СССР, агитирует против хозяйственно-политической кампании и призывает население к организационной борьбе с советской властью, в первую очередь с местным руководством.

Ордер на арест о.Александра подписан 31 июля 1937 года. Обыск проведен 12 августа по улице Заводской 80-а, где в то время проживал о.Александр, а 2 сентября обыск проведен в д.Ручук Объячевского с/с у его жены Л.М.Поповой.

Из анкетных данных: Профессия, специальность - счетное дело, столяр, художник, печник. Место службы - на разных работах Сыктывкарского горкомхоза.

Арестован 12 августа 1937 года. На все вопросы следствия отвечал отрицательно. В конце одного из протоколов допроса приписка: “Мне, Попову, объявлено, что следствие окончено по моему делу 15 сентября 1937 года”.

В Деле подшито письмо из Секретариата председателя ВЦИК. г.Москва, Моховая 4/7. Кремль. Попову А.Д. “В ответ на заявление сообщаем, что Ваше ходатайство о возврате дома, изъятого 1931 году, рассмотрено и оставлено без удовлетворения. Зам.зав.секр. - Макаев. Секретарь Пред. ВЦИК - Лебедев.”

Выписка из протокола заседания УНКВД от 16 сентября 1937 года:

“Постановили: расстрелять”.

Акт от 18 сентября 1937 года. “Приведен в исполнение приговор Тройки.

Расстрелян Попов А.Д.”.

Так в несколько дней решилась судьба отца Александра.

На запрос сына Николая Александровича Попова, проживающего в с.Объячево, дан ответ: “Установить место захоронения не представляется возможным в виду отсутствия каких-либо данных об этом.”

Справку о реабилитации отца дети получили только в 1989 году.