Я учительница.

просмотров: 148

добавить фото к этой публикации
Школа, школьники, Учитель!
Какие короткие, но весомые слова,
известные человечеству с древних времен.

На моем столе лежит книга, сборник: «Коми Пединститут, становление и развитие, изданный к 75-летию первого вуза Коми Республики».
Я получила сборник из рук его составителей, как выпускница пединститута. Авторы подробно рассказывают, используя документы, воспоминания преподавателей, выпускников о жизни вуза с 1932 г. по 1942 г. Книга заставила меня вспомнить о трудных во всех отношениях 30- х годах, а главное, почему я приняла решение стать учительницей.
1930-й год. Страна решает задачи, поставленные первой пятилеткой и ведущим лозунгом того времени: «Кадры решают всё!».
Старшие классы второй ступени ликвидировали. Седьмые и восьмые классы разбросали по техникумам, девятые имели право на поступление в столичные вузы. В городе работали педагогический и медицинский техникумы. В 1930 г. открываются еще три техникума: лесной, кооперативный и индустриальный.
Я, воспитанница отца – известного в городе охотника и рыболова, наслышанная из его уст о прелести природы, выбираю лесной, гидротехническое отделение. Закончила техникум, чесно отработав по два месяца ежегодно на практике. На сплаве: строительство и установка запани для молевого сплава, в зимнее время на участках по стыковке плотов.
А что дальше? Моя специальность была явно неженской. В этом я убедилась, помёрзнув на лесоплотке, а летом, вынужденная переходить на противоположный берег реки по плывущим бревнам молевого сплава и купаясь в воде в верхней одежде, рискуя утонуть…
1933-й год. Мне 17 лет. Я знакомлюсь со студентом второго курса Пединститута Поповым Полиевктом. Он отлично учится, получает стипендию им. М.Горького, комсорг факультета. Встречались с ним в техникуме, где Полиевкт читал лекции на политические темы. Увлечение студентом кончилось записью брака в ЗАГСе. Юность косланского паренька была нелегкой. В семье девять человек детей. Пришлось ему побатрачить, поработать сторожем, курьером и даже пионервожатым и секретарем сельсовета в деревне.
1934-й год. Наша семья живет в своем деревянном доме, родители выделили нам комнату, и Полиевкт покинул общежистское общежитие. На семейном совете принимается решение: быть мне педагогом. Моя добрая, мудрая бабушка берет на себя обязанность няньки месячной дочери, и я подаю заявление в Пединститут.
Не могу коротко не рассказать о бабушке Лидии Никифоровне Чуистовой, которая всю свою жизнь посвятила семье, и благодаря ей я смогла закончить два института. Она дочь священника Троицкой церкви г.Усть-сысольска Никифора Вохомского, человека для своего времени образованного. Он был ответственным за строительство Духовного училища, в котором находился в советское время Учительский институт, где я училась в вечернюю смену. К счастью, отец Вохомский скончался до Октябрьской революции и не испытал пыток, которым подверглись люди культа. Бабушке было 32 года, когда скончался ее муж, работник почтово-телеграфной станции. Великая труженица сумела воспитать и дать высшее образование трем детям; а вот старшая дочь, ее помощница, моя мама смогла закончить гимназию и позже курсы фармацевтов при Казанском университете. Мой отец, заведующий ремесленной школой, преподавал технические предметы и рисование. Он неплохо знал историю развития искусства, сам хорошо рисовал. Папа считал, что юноши-ремесленники должны стать не только хорошими столярами, но и культурными людьми. Будучи девчонкой я с удовольствием ходила на уроки отца, смотрела репродукции художников-передвижников, видела счастливые лица учеников. Может быть, именно тогда вспыхнула искорка желания быть учителем. Я поступила в Пединститут на филологический факультет, благо, в то время не было вступительных экзаменов. Недели через две получаю судебную повестку с требованием отработать положенные три года по специальности.
Зима. Модлаповка , шпалозавод, моя обязанность – маркировка шпал. Я жду ребенка, поэтому тяжелый «топор» - мне противопоказан. Меня переводят в Комилес на должность чертежницы.
Лето 1934 года. В городе открывается Учительский двухгодичный институт. Сомнений больше нет. Студентами института стали в основном учителя-стажисты. Со мной за стол села бывшая учительница литературы по школе 2-й ступени Ю.П.Забоева, мать троих детей. Забегая вперед, вспоминаю, что одного из них, младшего Антонина, я учила с 9-го по 10-й класс в средней школе №12. Юлия Петровна знала свой предмет, я старалась не отставать от нее.
Мой отец приохотил меня к чтению классической литературы с раннего возраста, поэтому мне нетрудно было учиться, и я даже находила время прийти в общежитие и помочь пожилым студентам. А вот с русским языком я здорово оскандалилась. Преподаватель Константин Иванович Туркин, умный, тактичный человек, не в пример моей учительницы школы, немолодой и совершенно равнодушной к ученикам. Первый диктант в вузе и первая, к счастью, последняя двойка. Я благодарна Константину Ивановичу за бережное отношение к студентам. Помню, что слово «обман» я написала с буквой «г» («огман»). Разбирая диктант, преподавательсказал, ято я, наверно, перепутала буквы, а я была просто безграмотная. Мой отец прекрасно владел грамматикой русского языка; почерк его был каллиграфическим, в его рукописи-дневнике, который вел много лет, не было никаких ошибок. Помню, с каким усердием я взялась за изучение грамматике, как много переписала диктантов, не уставала перелистывать словарь в поисках правописания трудных слов.
Хорошо помню преподавателя А.С.Сидорова. В 30-е годы его имя было хорошо известно, как крупного ученого, автора многих научных публикаций. Его учебник «Синтаксис коми языка» был настольной книгой Попова П.П., который свою короткую жизнь отдал изучению коми языка и коми литературы. Посещение лекций по коми языку было необязательным. Я говорила по-коми, но хотела познакомиться с грамматикой. Как горько было осознавать, что такой маститый ученый, замечательный преподаватель был арестован, как «враг народа».
1936-й год. Я выпускница Учительского института, а муж – Педагогического. За учебу без троек и общественную работу нас премируют туристическими путевками в Ленинград. Жили мы в Юсуповском дворце, часть комнат которого арендовалась Коми областью под общежитие. С большим интересом мы знакомились с историей дворца, его обстановкой, нас изумили стенные гобелены – красивые обои из китайского шелка, разные в каждой комнате.
Осень. Наркомпрос объявил о распределении выпускников. Наше место работы- село Мохча Ижемского района. Если бы знать, через какие дорожные мытарства нам придется пройти с ребенком, то мы сменили бы место работы на ближний район.
Я позволю себе рассказать, с какими приключениями мы добирались до Мохчи. Пусть молодое поколение узнает, как это было.
От города до Усть-Выми плыли на пароходе. В Усть-Выми надо было найти шофера грузовой автомашины, зека, который приехал из Чибью (Ухты) по каким-то лагерным делам. Забираемся в открытый кузов без скамеек, садимся на чемоданы. Дорога до лагеря Чибью болотистая, проложены поперечные бревна (гать), трясет нас так, что спина покрывается рубцами. В Чибью муж разыскивает владельца лодки и лошади. Лодка длинная и узкая. Лодочник, вооруженный длинным шестом, стоит на корме лодки и управляет. К носу лодки привязана веревка, другой ее конец закреплен к седлу лошади, идущей по тропинке вдоль берега. В седле сидит мужчина и ведет лошадь. Плывем медленно. Вода в реке Ухта прозрачная, видны большие камни, и между ними плещутся тоже большие рыбины. Причаливаем к пристани села Ижма. Сидим на берегу измотанные, голодные и ждем перевозчика. Мохча находится на противоположном берегу. Вот такой изматывающий маршрут мы испытали на себе трижды. Был еще и четвертый, но о нем расскажу ниже.
Временно приютил нас у себя директор педучилиша Пантелеймон Григорьевич Цивилев, выпускник физмата пединститута, наш сосед по городу. Нашли комнаты, где хозяйка соглашается присмотреть за ребенком.
Муж – учитель коми языка и литературы в педучилище. Быстро по своей привычке включается в общественную работу, находит желающих выпускать литературный журнал «Том войтыр».
Я – учительница средней школы. Работавший до меня учитель уехал. Беру классы с пятого по десятый. Художественной литературы в библиотеках почти нет. Меня выручают знание текстов произведений и хорошая память. Я вижу любопытные глаза, обращенные на нового учителя. С уроками литературы я легко справлялась, с русским языком было намного труднее. Помню, как в шестом классе программа начиналась со знакомства с наречием. Я «интересно» рассказывала, что это за часть речи, приводила примеры из текстов произведений и таким методом сумела знакомство с новой темой уложить в два часа (отводилось на изучение шесть часов). Мои коми ребятишки, конечно, ничего не уразумели. Спасла меня классная доска и мел, а диктант показал, что на тройку материал усвоен. Вот таким методом проб и ошибок я постепенно становилась учителем!
8-10 классы учились по литературе охотно. Часть 10-классников недалеко ушла от моего возраста. На школьных вечерах меня приглашали танцевать, но, к сожалению, моя юность не была танцевальной, я отказывалась.
Спустя два года меня аттестовали в Усть-Цильме – теперь я учитель на законных основаниях! Директор школы предлагает мне поработать завучем, я отказываюсь.
Мужа вызывают в Сыктывкар и назначают на работу в Минпрос на должность консультанта министра, проще – методиста. Надо ехать, но каким путем с только что родившимся ребенком? Решаем, что муж с вещами поежет через Нарьянмар морем, Архангельск, Котлас, а для меня и детей прилетает самолет из Сыктывкара. Вот этот четвертый вояж был самым страшным и непредсказуемым. Ижма, поле, покрытое низкорослой травой. Приземляется самолетик-кукурузник, как их называли, маленький, фанерный, двухместный, открытый. Летчик, молодой человек, сбрасывает на землю дощечку-сиденье, усаживает меня с ребенком на дно спиной к пропеллеру, берет на руки четырехлетнюю дочь, и мы в воздухе! Летим 4 часа, меня укачивает, блюю через борт самолета, боюсь пошевелиться, чтобы не опрокинуться.
1938-й год. Надо продолжать образование. Я поступаю в пединститут на третий курс с условием, что за полгода сдам пять экзаменов экстерном, те предметы, что не изучались в Учительском институте. Сдала! Оставляю на руки доброй бабушки теперь уже двоих детей. Учиться было легко и трудно. У меня хватило терпения, настойчивости, понимания, что я обязана учиться без троек. Преподаватели, люди опытные, кандидаты, доктора наук, солидные. Я многим обязана преподавателю русского языка Степану Николаевичу Коновалову. Его разработки русского языка в коми школе были хорошо известны. Мне нравилась его методика преподавания. Мой любимый преподаватель В.Э.Дембовецкий читал диалектологию. Чувствовалось, что он увлечен своим предметом. Я в своей практике старалась подражать ему. Не забуду, как он тяжело пережил вместе со мной четверку, поставленную на государственном экзамене Г.П.Балиным по литературе. Вижу улыбку на лице Дембовецкого – чувствую, что последняя пятерка мне обеспечена. На своем студенческом уровне я раскрыла особенности творчества В.В.Маяковского. Выхожу в коридор, за мной выбегает Днмбовецкий, говорит, что Балин настоял на оценке четыре. Прощай, мой красный диплом! Оценка на балл была снижена за то, что я знаю, но не люблю творчество «величайшего поэта советского времени» (слова В.И.Сталина).
1940-й год. Получаю направление на работу заведующей учебной частью в среднюю школу №2. Директор школа Алексей Александрович Попов отказывается от моей кандидатуры. Смутно я понимаю причину отказа. Во-первых, моя молодость. Во-вторых, я дочь врага народа А.Д.Синцова, репрессированного в 1938 г. и сосланного в лагерь под Архангельск. Я также знаю, что отец А.А.Попова тоже арестован по этой же 59-й статье. Много позже я узнаю, кто посадил наших отцов: Бызова Евдокия Птровна, между прочим, учительница, известная в городе алкоголичка. Приказ Минпроса остался в силе, и я четыре военных года несла свой крест. Мужу приказали бросить семью, то есть развестись со мной. У него хватило мужества не подчиниться, но нам пришлось уйти из отчего дома и поселиться в кухне школы, где до нас жили уборщицы. В Военное время школа отапливалась недостаточно, и нам, особенно детям, пришлось крепко померзнуть.
С Алексеем Александровичем мы быстро сработались. Он помогал во всех делах и даже поручал писать годовые отчеты о работе школы для Гороно. Я взяла няню и в любое время могла заняться школьными делами.
В те времена по штату полагался всего один завуч. В круг моих обязанностей вошли: составление расписания, порядок в учебной работе и производственная практика; в школу через окно втащили трактор. Контингент учащихся постоянно менялся (поступали дети эвакуированных), успеваемость не могла быть высокой. В летнюю пору завуч отвечал за работу учащихся в пятых-седьмых классах в Кочпонском колхозе.
1944-й год. Средняя школа № 12 получила статус мужской, я не оставляла надежды перейти на учительскую работу. Моя мечта осуществилась, когда Александра Николаевна Панева перешла на работу в Пединститут и место учителя в 8-10 классах стало вакантным. Но вот парадокс: было время, когда директор школы А.А.Попов отказывал мне в работе, а сейчас он как заведующий Гороно не отпускает меня. Пришлось идти в Минпрос к министру, а им был некто Рудько, не помню его инициалов, но знаю, что эвакуированный из Белоруссии. Он удовлетворил мою просьбу, и я учительница.
27 лет жизни я отдала любимой школе №12 им.Олега Кошевого. Сначала работала в 8-10-х классах, а позже в 9-11-х – школе второго этапа.
Сегодня, находясь в преклонном возрасте, я с особым чувством вспоминаю школьную эпопею.
С радостью я шла в школу, с улыбкой заходила в класс и встречала понимание ребятишек, так я называла старших учеников. Работа меня так увлекала, что школа стала вторым моим домом.
Мальчики писали сочиния на свободные темы, в основном они касались их будущего. В них было много оптимизма, фантазии, интересных рисунков, и мы решили, что надо выпускать школьный журнал, который назвали «Юность».
Один раз в неделю в расписание уроков включался час, называемый воспитательной беседой. Чаще всего я проводила его в виде диспута, мне хотелось приучить ребят к самостоятельности мышления. На одном из них разгорелся спор, что надо понимать под героизмом в мирное время. Стало понятно, что эту тему «Комсомол и я» надо провести через республиканскую печать. Договорились с редактором газеты «Молодежь севера» В.И. Чистяковым о проведении республиканского диспута. В течение года небольшие статьи писали не только молодые люди, но и пожилые.
Накопленный опыт позволил мне самой писать статьи в газеты и журнал «Войвыв Кодзув».
Директор школы Борис Иванович Захаров был мудрым директором и прекрасным психологом: сумел сплотить работоспособный коллектив учителей. Наши учителя были удивительно талантливы, эрудированны, доброжелательны. Многие получили звание заслуженных. Наша школа стала самой престижной по всем показателям. Это стало возможным благодаря тому, что школа добилась присвоения имени Героя Советского Союза Олега Кошевого. История школы, начиная с ее истоков, подробно записана, о ней можно узнать в музее школы. Руководителем музея и ее главным летописцем является заслуженная учительница школ Коми республики и РСФСР, выпускница Пединститута Анелия Васильевна Горская.
История знает учителя не только как педагога, но и как общественника. Со студенческих времен я увлекалась профсоюзной работой. Председатель школьного месткома, Председатель производственной комиссии городского профсоюза и член пленума профсоюзной организации РСФСР. Избиралась делегатом на съезд учителей РСФСР, на съезд учителей русского языка.
Через руки и сердце учителей прошли тысячи молодых людей, сегодня 60,70 и даже 80 лет. Многие закончили наш Пединститут. Мы гордимся крупными учеными во всех областях науки, в оборонной, в космической промышленности, художниками, врачами, писателями, учителями, производственниками.
1945-й год. В педагогическом институте не хватает преподавателей. Просили меня прочитать первокурсникам курс русской литературы 18-го века. Несколько лет я руководила педпрактикой студентов 4-го курса, так что связи с институтом я не прерывала.
Мои правительственные награды.
1951 год Отличник Народного просвещения.
1957 год Медаль «За трудовое отличие».
1964 год Звание «Заслуженный учитель Коми АССР».
1967 год Звание «Заслуженный учитель школ РСФСР».
1970 год Юбилейная медаль «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина».
1985 год Медаль «Ветеран труда».
1991 год Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
Награждена всеми юбилейными медалями Победы ВОВ 1941-1945 годов.

К.А.Попова.
г.Сыктывкар, 2007 г.







участников в Древе: 5869

отец:мать:

Синцов Александр Дмитриевич

даты жизни: 1882 - 1944

Синцова Наталья Михайловна

даты жизни: 1891 - 1972
исправить связь исправить связь

можете дополнить или исправить информацию на этой странице?
напишите письмо администратору

просмотров: 786
Попова Ксения Александровна

Попова
(Синцова)
Ксения Александровна



даты жизни: 19.12.1915 - 22.02.2009


г.Сыктывкар, учительница.
М(1) - Попов Полиевкт Павлович (1912-1958).
М(2) - Костюхин Петр Георгиевич (1901-1998).

Источник: личный архив А.Г.Малыхиной.
.



  • Мои предки, какими я их помню
  • Двадцатые годы XX века. Странички моего детства
  • Я учительница.
  • добавить или редактировать информацию или фотографию или видео или публикацию
    супруги:

    Костюхин Петр Георгиевич

    даты жизни: 1901 - 11.06.1998

    Попов Полиевкт Павлович

    даты жизни: 1912 - 1958
    добавить | исправить связь
    дети:
    нет информации, добавить
    добавить | исправить связь

    видео:
    нет видео, добавить
    добавить | исправить видео

    фотографии:
    <